— Как ты думаешь, хватит хоть раскумариться? — спросил Армен.

— Должно, — сказал Арсен.

— Не было ничего такого, не было! — воскликнул Армен, рассерженно посмотрев на Колю. — Надо, надо креститься, и тебе тоже надо… Или ты чего-то имеешь против Христа?

— Нет, упаси Боже, — улыбнулся Коля, закуривая.

— А вы?

— Нет, что вы! — нежно сказала Шкляр.

— Ну и все! — торжественно заявил Армен. — Вот завтра же идите и креститесь.

— Хорошо, — согласилась Инесса.

— Блядь, цвет какой!.. — почти выкрикнул суетящийся у плиты Арсен.

— Ну, чего там? — вскочил Армен и подошел к Арсену.

— Смол до… фига, — сказал Арсен, слегка посмотрев на Шкляр.

— Да брось ты, — махнул рукой Армен, — водой все отобьется…

— Ну, давай, — согласился Арсен и отставил миску.

Армен взял с диванчика небольшую черную кожаную сумочку, расстегнул ее и достал кусок белоснежной ваты и десятикубовый шприц без иглы. Затем он подошел к плите, снял крышку с чайника, стоящего на кухонном столике, засунул внутрь него шприц и набрал кипяченой воды. Он озабоченно посмотрел на почерневшую, чуть влажную корку на дне миски и нажал на поршень шприца. Вода резкой струйкой омыла миску, растворяя ее содержимое.

Армен вновь поставил миску на плиту и капнул в изумрудно-мутную жидкость немного хлористого кальция.

— Сейчас отобьется, — удовлетворенно сказал Армен, садясь обратно на диванчик.

— Надо бы сорок девятый… — буркнул Арсен, схватив миску тряпкой за край и напряженно ожидая закипания. — Плоскогубцев нет?

— Нет, — сказал Коля.

— Фиг с ним… — деловито прошептал Арсен.

— Надо хорошо жить, любить, — наставительно проговорил Армен, покачав перед собой длинным указательным пальцем. — Вот я как-то читал книжку… не помню автора… называется… не помню… в общем, там девушка со стариком… но такая любовь! Настоящая! Как он о ней пишет! Как-то… лита… лина…