ность увековечиться, а что тебя — зди! же сейчас?

СУУ. Ай, боюсь, боюсь, боюсь, боюсь… Не могу я, они больше, ласковей, величественней меня… Я еще только прыгал в качестве ножки воробьишки, а тут уже пошли агнцовские дела… Уймите это шествие, что за жмырь, не нужна мне ширь, мне бы сошел просто

упырь, обычный дырь…

ВЖИВЫХМ

Встань в ряд, Суу, Новые пучеглазы, поют свою будь там, Суу, песнюгу. Слышь? Чу! Едет всё милостиво, Суу, морозный четвероякий корень видишь, сколько чудес? мирового воображения. Стук — Присоединяйся, или стук — стучат коленца с ленцой, останешься. но это не Ланца, это инфлуэнца, Почему, почему ты бежишь нас четверо, мы у дыры. от меня?!

СУУ. Я задержусь присмотреться, прислушаться, приоткрыть длясебя мир этих дырявых промежутков.

Вот их мелодическая шепотня: Усталый мир болит проказой Не слышно бога меж пространств Показан будешь ты указкой Когда твой колокол забьет.

Ханств

Не нужно нам вселенских Нам только б грешников палить Ты будешь вместе с нами жарить Картофель смысла. И любить Свое блистающее чудо Свою теперешнюю власть Уйди, уйди, уйди оттуда Приди, чтобы сиять и пасть.

СУУ. Тьфу, какашечные вздохи… Я боюсь их вопиющего бездария, их, составленного из душ гербария, я бегу от их лучезария, я мыкаюсь, рвусь, тщусь, никак не проплююсь и не просплюсь.

ВЖИВЫХМ

Смотри на душков кровяной