— Этого я не могу вам позволить.

— У вас нет полномочий что-либо мне запрещать.

Он молчал.

И вот еще один наш любимый сюжет: изображен пылающий костер, в его свете спят солдаты и измученные кони, а Джарнти обеими руками вцепился себе в бороду и, расстроенный, изумленно глядит на Эл-Ит, а та ему улыбается.

— И потом, — добавил он, — вы еще не поели.

Она добродушно спросила:

— В вашу задачу входит и это — заставить меня поесть?

И тут из инстинкта противоречия, страдая от растерянности и упрямства, потому что душа у него была не на месте после недолгого общения с Эл-Ит, Джарнти буквально рявкнул:

— Да, насколько я понял полученный от короля приказ, он включает и это — я должен заставить вас поесть. И, вероятно, даже выспаться, если уж на то пошло.

— Посмотрите-ка сюда, Джарнти. — Она отошла к низкому кусту, росшему шагах в десяти, и сорвала с него один плод.

Комковатые плоды этого куста состояли из долек, покрытых оболочкой тонких, как бумага, листьев. Эл-Ит содрала листья. В каждом плоде было по четыре дольки белого цвета. Она съела несколько штук. И скривилась, из чего Джарнти сделал вывод, что плоды не очень-то вкусные.

— Не ешьте, а то не сможете уснуть! — Но ему, конечно, было не удержаться. Он потянулся к кусту, сорвал для себя несколько штук и тоже скривил губы, когда ощутил терпкий вкус этих крошащихся плодов.

— Джарнти, — спросила она, — ведь вы как командир не должны оставлять лагерь, я правильно понимаю?

— Ну. — Он не умел реагировать на дружелюбие, он был способен только на грубоватую фамильярность.

— Видите ли, мне надо отъехать всего-то на несколько миль отсюда. Этому бедолаге-охраннику в любом случае придется попусту не спать всю ночь, ну так пусть он поедет со мной. Вам ведь нужны гарантии, что я вернусь.

Съеденный фрукт уже подействовал на Джарнти. Он насторожился, понимая, что сегодня точно не уснет.