Взглянув в зеркало, Мулан собрала оставшиеся на голове волосы в пучок и перетянула их зеленой ленточкой. Достав из шкафа отцовские доспехи, она быстро надела их — как это делается, она давно подсмотрела, наблюдая за отцом, когда он был еще на императорской службе. Затянув все ремни и подвесив к поясу меч в ножнах, Мулан вышла во двор. Теперь никто не принял бы этого решительного, крепкого воина среднего роста за женщину. Даже конь вначале не узнал ее и взвился на дыбы при виде чужака. Но Мулан обняла его за шею, шепча ласковые слова, и верный Хан, почуяв знакомый запах хозяйки, успокоился.

Мулан оседлала коня — она отлично знала, как это делается, хотя всегда предпочитала ездить без седла, с одной лишь уздечкой. Проходя по двору, она на миг задержалась и вновь бросила взгляд на темное окно комнаты, где спали родители.

Без скрипа открылись ворота, Мулан вскочила на коня и под продолжающимся проливным дождем стук копыт, стремительно удаляясь, замер в ночной тишине.

Среди ночи бабушка Фа вдруг проснулась, как от толчка. Ярко сверкнула молния, свет упал на соседнюю кровать, где обычно спала Мулан — там было пусто! Старуха привстала на лежанке, прислушиваясь к раскатам грома за окном, и, кряхтя, зажгла светильник. Кровать Мулан была не смята — она не ложилась.

Бабушка вскочила и кинулась в спальню родителей:

— Мулан убежала!

— Что?! — вскричал Фа Зу, приподнимаясь на постели.

Взгляд его упал на столик, на котором лежал призывной листок — теперь там было что-то другое. Удивленный Фа Зу протянул руку и взял со столика странный предмет — он узнал гребень из зеленого малахита, который сам подарил Мулан.