– Вы, – сказал, – уберите, как в последний раз. После чего я вас, возможно, уволю без выходного пособия, щедро в денежном выражении наградив.

Брунгильде же он объявил, что несколько дней будет очень занят собой. Причем круглосуточно.

– Ты, – сказала Брунгильда, – никак вздумал мне изменять, старый Herr!

Н е r r – господин (нем.).

– Ну разве что в переносном, высоком смысле этого слова, – был ответ. И еще сказал старичок Брунгильде: – Дай я тебя поцелую.

Брунгильда дала ему это сделать без всякой задней мысли. Газет она, слава Богу, не читала и в руки их брезгливо не брала. За исключением, конечно, рекламных выпусков с выгодными предложениями чего-нибудь бесплатно купить.

Пасхальные каникулы она провела на малой родине в Крайсбурге и встретила там на жизненном пути Лопухнина. Встретила и бесконечно полюбила.

А в Розенбурге в то же самое время состоялась историческая встреча.

То есть она состоялась не в Розенбурге.

В назначенный день старичок вывел из гаража свой новый “Мерседес”, залил в него на заправке бензина десять литров – чтоб туда и обратно доехать хватило, – там же купил четыре цветка и поехал в районный город Бад-Херсгельд торжественно встречать берлинский экспресс.

Перед прибытием поезда волновался он, как школьник перед выходом на сцену. А берлинца узнал с первого взгляда и бросился к нему с цветами. Ну и чтобы помочь тащить чемодан неподъемный.

“Он, наверно, гостить у меня собирается, – подумал старичок, таща. -

А может, в чемодане гостинцы, какой-нибудь особый сервиз, например, или книги о вкусной и здоровой пище разных народов”.

– Вот вы какой, – лепетал со своей стороны берлинец. – Я бы вас на улице ни за что не узнал, если б встретил.