Путь извивался, делался все уже и уже и наконец затерялся во мху, так что и не стало больше никакого пути.

– Неужто он тут кончается? – озадаченно проговорил Муми-тролль. – Должен же он куда-нибудь привести!

Они стояли на месте, разочарованно переглядываясь, как вдруг услышали за стеной деревьев слабый шум. В нос им пахнул влажный ветер, и запах у него был очень приятный.

– Там вода, – сказал Муми-тролль, принюхиваясь.

Он сделал шаг в ту сторону, откуда дул морской ветер, сделал другой и наконец побежал, потому что больше всего на свете Муми-тролли любят купаться!

– Погоди! – закричал Снифф. – Не оставляй меня одного!

Но Муми-тролль остановился лишь тогда, когда добежал до самой воды. Он сел на песок и стал смотреть на волны. Одна за другой они накатывали на берег, и у каждой был гребень из белой пены.

Немного погодя с опушки примчался Снифф и уселся рядом.

– Тут холодно, – сказал он. – Помнишь, мы катались на парусной лодке с хатифнаттами и попали в ужасный шторм? Как плохо мне тогда было!

– То было в совсем другой истории, – сказал Муми-тролль. – А в этой я хочу купаться!

И он шагнул прямо в волны прибоя. (Муми-тролли, видите ли, так практично устроены, что почти совсем не нуждаются в одежде.)

Мартышка спустилась с дерева и следила за ними.

– Стой! – закричала она. – Вода мокрая и холодная!

– Ага! – сказал Снифф. – Мы начинаем производить впечатление.

– Ты умеешь нырять с открытыми глазами? – спросил Муми-тролль.

– Умею, но не люблю, – ответил Снифф. – Кто знает, что может встретиться под водой? Хочешь нырять – ныряй на свою голову!

– А, ерунда! – отмахнулся Муми-тролль и нырнул в большую волну, всю высвеченную солнцем.

Сперва он не видел ничего, кроме зеленых пузырей света, но когда опустился поглубже, разглядел леса водорослей, колыхавшихся над песчаным дном. Песок был белый и чуточку волнистый, его украшали ракушки, розовые изнутри и белые снаружи. Чуть подальше от берега зеленоватый полумрак еще больше сгущался, а еще подальше открывался черный провал, уходящий прямо в бездну.