
— Кончайте вы, Цицероны, звонок уже!
— Равенство — не уравниловка!
— По моему, самое лучшее было придумано в древней Спарте. Там юнцов само государство держало в абсолютной строгости, и из них выходили люди…
— Спарта была военным государством. Не годится для примера.
— Чудаки, вы забыли, что у нас еще социализм. От каждого по способности…
— Ты лучше вторую половину этой фразы вспомни!
— Верно насчет Спарты. Надо создать поколение сильных.
— Давайте Хрущеву пошлем петицию: пусть сделают у нас для всех от семи до семнадцати единую систему воспитания. Единые школы со строгим всесторонним развитием человека. Вот будут парни выходить оттуда! Плечи в сажень, все мастера спорта и знатоки Баха, Блока и вообще всего, что есть хорошего на свете…
Потом начался сеанс, и мы увидели на экране, как изящная, вполне московского вида девица смотрит с недоумением и болью на очень деревенские и очень архаичные сапоги пожилой' колхозницы. Удивительная, как будто вышедшая из-под кисти Поленова или Левитана картина утра в деревне!.. Казалось, никакая высоковольтная мачта, никакой экскаватор никогда не смогут что-то внести, что-то исправить в этой со времен Мономаха и Никиты Кожемяки одинаковой картине русской природы.
Я даже забыл о том, что в двухстах метрах за стеной клуба все еще розовеет лед Берингова моря и спрятанная между кочек березка скрывает крохотные листья…
