— Да, — ответил этот неисправимый бабник, — я женился на милом и прекрасном создании, которое впоследствии бросил.

— Хорошие дела вы нам рассказываете! — сказал Филиппо.

Сусанна сделала знак поберечь чувства дона Танкреди, который, судя по его состоянию, наказан уже предостаточно. Потом обратилась к нему сама:

— А почему вы бросили свою жену?

Дон Танкреди вздохнул:

— Ради другого милого и прекрасного создания, — сказал он. — В этом-то и состоит мое несчастье. Потому что если бы одна из двух женщин оказалась плохой, если бы она была классической злой женщиной, ведущей мужчину к погибели, я бы бросил ее без всяких угрызений совести; но они, к несчастью, обе были хорошими женщинами.

— Тоже мне причина! — проворчал Филиппо.

— Моя печальная судьба, — продолжал дон Танкреди, — всегда встречать хороших женщин; я постоянно шел от хорошего к лучшему, поэтому, чтобы не обижать ни одну из них, я не рвал никогда ни с одной, обманывая всех их, а в результате всегда обманывал себя самого.

— Бедняжка! — пробормотала Сусанна.

— Я не знаю, — говорил далее дон Танкреди, — кто лучше, мужчины или женщины, но несомненно, что я хуже тех женщин, которых встречал. Я всегда им изменял, в то время как они единственно желали хранить мне верность и готовить мне вкусные обеды. И, что еще хуже, я всегда любил свою жену больше, чем всех остальных. Поэтому сегодня я возвращаюсь к ней, в раскаянии и смущении, через десять лет разлуки.

— Лучше поздно, чем никогда, — заметил Филиппо.

— У вас есть дети? — спросил любитель острых ощущений.

— Дочь, — ответил дон Танкреди, — милое и прекрасное создание.

— И она тоже? — пробормотал Филиппо. — Вы знакомы только с милыми и прекрасными созданиями.

— Так и есть, — сказал дон Танкреди. — Почти все женщины добры и хотят только, чтобы их любили, одевали, кормили, окружали заботой, водили в театр, уважали, оказывали им всяческие знаки внимания и удовлетворяли все их прихоти.