Старик спрыгивает на улицу.

Пик настигает его хитроумным способом, им же изобретенным: способ состоит в том, чтобы спуститься по лестнице; Филиппо дерзко захватывает лифт и поднимается наверх; Пик за ним. Кто-то стучит в дверь, Пик вздрагивает.

— Будь начеку, Пик, — говорит он себе, поглаживая рукоятку пистолета «флобер», который с ним никогда не расстается.

Он направляется к двери.

Кто там? Мы это скоро узнаем. Более того, мы это узнаем немедленно: это гостиничный слуга.

— Руки вверх! — кричит Пик. — Или буду стрелять.

— Стреляйте, — отвечает тот, ставя на стол поднос с ужином.

Пик отказывается от своего намерения: он видит дым, выходящий из соседнего номера. И в этом случае ему помогают исключительные дедуктивные способности. Дым? Значит, что-то горит. Кто-то совершил поджог. Но кто? Ник Картер, благородный вор. Но зачем? Чтобы уничтожить улики своего последнего преступления. Какого? Тысячного. То есть? А кто его знает?

— Ага! — торжествующе кричит Пик, закуривая свою сотую сигарету. — Наконец-то ты у меня в руках, Ник!

Начинается погоня за благородным вором.

Пик переодевается грудным младенцем и осторожно бежит к номеру, где, благодаря безошибочной дедукции, он обнаруживает ужасное преступление: убийство старого скупца, или драма в номере 16. Он допрашивает слугу:

— Какие привычки были у мерзкого старца?

— Здесь нет мерзких старцев.

— Говори, или я вышибу тебе мозги.

— Вышибайте мне мозги, — отвечает слуга, убирая со стола.

Пик решает его не убивать — пока что.

— Он нам еще понадобится, — говорит он. — Мы его расколем.

Он входит в номер, где совершено преступление, и ужасная картина является его взору: в одном из кресел, более годящихся для отдыха, чем для преступления, удобно развалился мужчина, который курит.

Который курит трубку.

— Проклятье! — кричит Пик. — И на этот раз благородный вор улизнул от меня.