Ганди опередил даже самого основателя христианства.

Он не был завоевателем и был в то же время полководцем многомиллионных армий, он учил их самоуважению и победам над своей пассивностью; он учил их бесстрашию и одновременно любви к противнику; он боролся с несправедливостью, а не с носителями этой несправедливости. Он апеллировал к совести своих политических врагов и завоевывал их сердца, нередко превращая их в своих союзников.

Многим в те времена (и не только Черчиллю!) казалось, что Ганди — человек из прошлого, как бы посланец древней или средневековой Индии. Над ним смеялись, его обожали, не понимали и следовали за ним с восторгом самоотречения. И представлялось, что этот старый человек с посохом вышел из глубины веков из той почти мифической Индии, где пели ведические мантры жрецы, произносил проповеди просветленный Будда и поучал воинов сам Бог Кришна.

Но сцена его действий была разительно современной. Не забудем, что на дворе стояла эпоха проявления насилия и жестокости. Не забудем и то, что Ганди, человек, казалось бы, не от мира сего, сумел не только сплотить Индию, но и сокрушить власть крупнейшей колониальной державы.

Мне же временами кажется, что Ганди был пришельцем из будущего. В страшном мире XX века он был как тот странный свет, что падал на сугробы из петербургского окна в начале царствования Александра Первого, свет открытого Петровым электричества — свет, без которого нельзя представить будущее мира.

Ганди впервые доказал миру, что политику могут и должны делать чистые люди, что политика не грязное дело, а нравственное.

И чем дольше мы живем, тем ближе нам его устремления, тем, хотелось бы думать, слышнее нам его тихий голос.

В книге Нарайяна образ Ганди более убедителен, чем выдуманные автором Он и Она. При этом автор не опускается до сусальности. Интересно, что микроскопичная по сути история героев книги вновь высвечивает масштабы личности Ганди.