АВТОБИОГРАФИЯ № 9
Родился. Наступили ногой. Хрястнул позвоночник. Вызвали в военкомат.
— Раздевайся.
— У меня за жизнь перебит позвоночник.
— А печень есть?
— Так точно.
— Ну что ж, тогда ползи.
И я пополз. Навстречу — молодые сапоги.
— Не наступите, братцы.
Я продолжаю ползти. Надо мной колоколом: бал… л… л, бал… л… л…
Признали ограниченно годным (ВУС 2567).
Перебитый позвоночник до сих пор болит.
Где стул? Его нет. Где стул? Уже убрали. Ничего. Можно и постоять.
АВТОБИОГРАФИЯ № 10
Внимание! Красный свет.
Я запомнил: свет. Запомнил слово: внимание. Я теперь ощущаю слово. Я запомнил слово округлое, ласковое. Запомнил слово властное. Иногда вспоминаю военное слово: «Ра-а-вняйсь! На первый-второй рассчитайсь!» Первый — второй. Первый — второй.
Они кружатся — пузыри, слова эти, вокруг моей головы. И лопаются.
И снова: «Первый — второй. Первый — второй». Третьего нет. Их только двое. (Здесь и далее намек на любовь. Возможно, на семейные отношения.)
Я живу теперь в слове. У меня есть маленький домик (семья). И труба над домиком (уют). Все так и строится из слов. Я сам слово. И оно готово лететь вам навстречу. Возьмите меня. Приласкайте, приголубьте. На военном языке: «Возьмите меня на довольствие…»
Внимание! Я лечу! Я лечу по направлению туда…
P.S. «Мрак и ночь, печаль и скорбь — во мне и окрест меня; никаких путей, все концы потеряны.
Будем любить друг друга, это одно остается нам бедным…
Все-таки это какой-нибудь свет, или по крайней мере это — замена истинного света. Это еще согревает или может согреть нас на срок недолгой, нам и понятной и непонятной жизни».