Они поставили перед собой задачу нащупать мистическую пружину советского мира, они желали создать новую мистику — беспрецедентную, не отягощенную прошлым, освобожденную от тяжкого и удручающего наследия древности. Они искали эзотерического знания, которое бы соответствовало потребностям советского человека. Нового человека, распрощавшегося с прошлым. Человека не Памяти, но Забвения.

Клара утверждает, что ваш дед как-то сказал ее покойному мужу: «Каждый советский человек, родившийся после 1931 года, уже не человек, а бог». Но что он понимал под словом «бог»?

— И что сейчас с группой?

— Не знаю. Скорее всего, она более не существует. Егоров занимается спортом. Понизов почти не выходит из своей дачи и никого не принимает. Говорят, он пишет поэму пророческого содержания. Якобы он предсказывает, что в 2000 году Ленин воскреснет, и в жизнь людей войдут новые религии.


И снова мы шли и шли, в любую погоду, между Переделкино и Баковкой, между киевской и белорусской ветками. И волчонок с князьком следовали за нами. Коля Вольф был уроженцем Белоруссии, а Княжко возрастал в Киеве, посему в обращении к ним мы часто употребляли выражение «подданный Бастинды», «вассал Гингемы», на что галантный Княжко неизменно возражал: «Я принадлежу только вам, Феи Убивающего Домика, Феи Убивающей Воды!»

Коля в ту пору писал исторический «роман-эссе» о Карамзине, а также публиковал какие-то фельетоны под псевдонимом Джонни Волкер. Княжко работал над повестью «Дядя Яд». Содержание повести:


Умирает старый человек, по профессии психолог, в прошлом — психоаналитик-педолог. Делом своей жизни он считает фундаментальный труд «Первослов», посвященный основным, первоначальным словам ребенка, с помощью которых маленькое существо пытается обозначить ближайших к нему людей. Чтобы понять смысл этих слов, следует отчасти расчленить их, отчасти отразить в зеркале.



19 из 212