– Как вы себя чувствуете? – спросил человек.

– Да ничего, – ответил я. И, пожалуй, сказал правду.

– Что-нибудь болит?

– Нет, ничего не болит… – Потом я спохватился, – где-то сзади чешется… зудит.

Я даже машинально потянулся рукой туда, где чесалось. Его умные и добрые глаза улыбнулись.

– Это хорошо, что у вас зудит затылок, – сказал он. – Я ваш врач, Топалов… Кирилл Топалов… А вы знаете, как вас зовут?

В его глазах вспыхнула искорка, но тогда я не обратил на это внимания. Меня смутил его вопрос. Как меня зовут? А разве меня должны как-то звать? Зачем это нужно?

– Не знаю, – сказал я.

– А вы подумайте… Я хочу знать ваше имя. Свое я вам сказал.

Я подумал. У меня не было ощущения, что я забыл свое имя. Мне казалось, что его просто никогда у меня не было.

– Не знаю, – повторил я.

– Хорошо, я вам помогу. Вас зовут Симеон Игнатов Балевский, но вы подписываетесь «Игнатов». По профессии вы архитектор, главный директор «Интерстроя». Вам это о чем-нибудь говорит?

– Ни о чем, – ответил я. Он чуть заметно вздохнул.

– Так я и думал. У вас была фрактура черепа. И потому вам сделали довольно сложную операцию. Но вы не пугайтесь, скоро все будет хорошо.

«Не пугаться? – с легким беспокойством подумал я. – А почему это я должен пугаться?»

– Почему я должен пугаться? – повторил я вслух.

– Конечно, никакого смысла в этом нет, – кивнул врач. – Должен сказать, что я вас не знал до… – он запнулся.

– До чего?

– Ну, скажем, до несчастного случая.

– Какого случая?

– Когда вы получили травму черепа… Вы поехали объект, который строится под вашим руководством. Там поскользнулись и упали. Упасть со второго этажа ременного дома – не бог весть как страшно. Но вы, к счастью, ударились головой. Как раз тем местом, где вас сейчас чешется, – он опять усмехнулся. – А где вы е?