Бэйрд внимательно смотрел на стюардессу. Прежде, чем восстановить уверенность в своих серо-голубых глазах, его мозг быстро оценил ситуацию, взвешивая, по выработанной годами привычке, одну ситуацию за другой. Он отпустил руку Джанет.

– Ну-ну, не будем торопиться с выводами, – сказал он больше для себя. Затем оживился: – Ищите мой саквояж, и как можно быстрее. Прежде, чем посмотреть миссис Чилдер, я должен сказать еще пару слов командиру. Он вернулся в кабину. Самолет набрал нужную высоту, и тряска прекратилась. Поверх плеча командира холодным светом блестела луна, превращая сугробы облаков в безграничный снежный ландшафт, то там то здесь пронзенный ледяными шпилями. Эффект был фантастический. Все походило на сказочную страну.

– Командир, – окликнул его Бэйрд, наклоняясь над пустым креслом второго пилота. Дан оглянулся, его лицо было бесцветным и казалось нарисованным в лунном свете. – Командир, надо торопиться. Людям в салоне очень плохо, им нужна моя помощь. Дан быстро кивнул:

– Да, доктор. Что еще у вас?

– Я полагаю, вы ели после второго пилота?

– Точно так.

– Не можете сказать, насколько позже? Дан прищурился:

– Я думаю, с полчаса. Может быть чуть больше, но ненамного. Смысл вопроса, наконец, дошел до него. Он судорожно выпрямился в кресле и схватился рукой за штурвал.

– Черт, а ведь верно! Я тоже ел рыбу!

– Как вы себя чувствуете?

– Да-да, все о'кэй.

– Ладно! – в голосе Бэйрда почувствовалось облегчение. – Как только мне принесут мой саквояж, я дам вам рвотное.

– А это поможет?

– Я полагаю, да. Вы не успели еще это переварить. В конце концов, совсем не обязательно, чтобы все, кто ели рыбу, обязательно бы отравились – логика в подобных случаях не действует. Вы можете быть единственным, избежавшим беды.

– Хотелось бы, – пробормотал Дан, вглядываясь в холодный лунный блеск впереди.