Но дальше дело приняло уж вовсе невозможный оборот. Женщина вдруг схватила Муфту на руки и принялась ласкать и тискать его.

— Ох ты, моя крошечка! — приговаривала она. — Ты такой мягкий и славный, дай я тебя обниму и приласкаю.

Она щекотала у Муфты за ухом и под подбородком, гладила его муфту.

Муфта покраснел как рак и сильно вспотел.

— Прошу вас, пожалуйста, — умоляюще бормотал он, — я вас очень прошу, довольно, честное слово, довольно. Но женщина будто и не слышала.

— Ах ты, мой малышок, — ласково повторяла она и продолжала тормошить Муфту. — До чего же ты мягкий, так бы и держала тебя на руках.

Моховая Борода и Полботинка хмуро наблюдали за этой сценой и не представляли, как помочь другу.

Прошло немало времени, прежде чем женщина посадила Муфту на стул.

— Неслыханно, — уныло пробормотал растрёпанный Муфта и принялся искать в муфте расчёску, чтобы хоть немного привести себя в порядок.

Тем временем женщина подошла к Полботинку.

— А вот и ты, мой птенчик! — сказала она, по-прежнему улыбаясь, протянула руки и собралась схватить на руки Полботинка.

Но тут произошло нечто совершенно неожиданное, нечто просто невероятное. Раздался испуганный визг, и женщина молниеносно отскочила от Полботинка. Улыбка мгновенно исчезла с её лица, а на голой руке ясно проступили следы маленьких зубов.

Муфта и Моховая Борода оторопели. Конечно, они полностью осуждали назойливость женщины, однако кусаться — это, по их мнению, было уж слишком.

— Полботинка! — сурово сказал Моховая Борода. — Ты укусил даму! Как это могло случиться?

Полботинка и глазом не моргнул.

— Только что я получил шоколадную конфету, — ответил он. — Но это совсем не значит, что я позволю так обращаться со мной.

— Ты же не собачонка, — сердито покачал головой Моховая Борода.