Муфта не лелеял больше никаких надежд.

«Конец мой близок, — мысленно произнёс он. — Нить моей жизни оборвётся в волчьих зубах. Но как бы то ни было, я хочу умереть достойно».

Какая же смерть будет достойной?

«Я поэт, — думал Муфта. — И пожалуй, правильнее всего покинуть этот мир, слагая стихи. Что из того, что мои последние стихи услышат только деревья. Я и не жажду вечной славы. Но я буду сочинять стихи перед смертью, и это — достойная смерть».

Он остановился. Выпрямился. И начал читать торжественным голосом:

Сочинить он дальше не успел. Все четыре волчонка бросились на него бешеной лавиной и сбили с ног. Его теребили и подбрасывали изо всех сил. Несколько раз волчьи зубы больно впивались в него, прокусывая муфту. Неужели конец?

Нет. Пока ещё нет.

Вновь подошёл старый волк и отогнал волчат от Муфты. И опять он подтолкнул Муфту мордой, но на этот раз назад, к логову.

Да что же это в конце концов такое?

И вдруг Муфта понял: волчата учатся на нём нападению, но только до тех пор, пока у него душа в теле. Он для них просто учебное пособие, которое можно как следует использовать, лишь пока оно двигается. Потому-то его ещё и не прикончили.

Старый волк снова подтолкнул Муфту мордой, и ему пришлось теперь плестись назад, к логову.

В глубине души Муфта ликовал. Он жив! И если повезёт, он ещё некоторое время поживёт на свете. Быть может, даже до вечера. И если хватит сил, то за это время он сочинит ещё много стихов!

Спустя некоторое время всё повторилось. Когда Муфта добрался до логова, его опять заставили идти, а волчата опять стали красться за ним. И на этот раз волчата сперва окружили его, а потом здорово потрепали. Но теперь Муфта перенёс это куда легче, чем в прошлый раз. Он жив, и у него была надежда остаться в живых! Эта надежда придавала ему сил, и он мужественно переносил укусы острых волчьих клыков.