— Конец, — дрожащим голосом пробормотал. Полботинка. — Как ты полагаешь, Моховая Борода, есть ещё надежда?
Моховая Борода не решался строить предположения. Перед его мысленным взором ещё слишком ясно стоял волк. Белые волчьи клыки. Острые, очень острые белые клыки. Он видел, как волк вонзил свои клыки в Муфтину муфту… Есть ли ещё надежда? Нет, лучше об этом не думать.
Ночной костёр.
Солнце спускалось всё ниже и уже зацепилось краем за верхушки деревьев. Моховая Борода и Полботинка сидели рядышком под высокой елью.
— Уже смеркается, — сказал Полботинка. — Что нам делать?
— Надо во всём разобраться, — сказал Моховая Борода. Он уже слегка оправился от нервного потрясения. Способность размышлять понемногу возвращалась к нему, и теперь он начал припоминать всё, что когда-либо в жизни успел узнать о волках.
— Ох, милый Муфта, — вздохнул Полботинка. — Где-то ты сейчас, бедолага?
— Сейчас у волков в логове должны ещё быть волчата, — вспомнил Моховая Борода. — И, наверное, он утащил Муфту к себе в логово, раз ему удалось забросить его за спину.
— Логово-то, небось, далеко отсюда, — предположил Полботинка. — Недаром говорится, что волк возле логова не нападает.
Моховая Борода ничего не ответил. Он думал.
Прошло немного времени, и солнца уже не было видно. Начало темнеть. И вдруг:
«Ууух-ууух!»
Полботинка вскочил как ужаленный.
— Слышал? — прошептал он. — Волк воет.
И снова:
«Ууух-ууух!»
Зловещий вой звучал совсем близко. Неужели и вправду волк? Но тут в воздухе промелькнула безмолвная тень, и Моховая Борода сказал:
— Филин собирается на ночную охоту. Полботинка смутился. Он снова уселся рядом с Моховой Бородой и пробормотал: