Но Моховая Борода сказал:
– Обременительно-то оно обременительно, однако меня гораздо больше тревожит бремя славы.
Муфта кивнул.
– И я никогда не думал, что слава – такое тяжкое бремя, – заявил он. – Люди уставились на нас, как на невиданных зверей. И к тому же ещё эти дурацкие ласки.
– От всего этого нас может избавить только хороший отдых, – добавил Полботинка.
Они принялись за угощение, чтобы поскорее отправиться отдыхать. И несмотря на тяжкое бремя славы, пирожные улучшили их настроение.
Автографы
– Я сыт по горло, – сообщил Муфта.
– В меня тоже больше ничего не лезет, – вздохнул Моховая Борода.
А Полботинка сказал:
– С одного пирожного я, пожалуй, ещё мог бы съесть ягоды – и тогда всё.
Но стол прямо ломился под блюдами пирожных и бутылками лимонада, и официантка то и дело приносила новые.
– Пожалуйста, – обратился Моховая Борода к официантке, когда она снова подошла к их столу с полным подносом. – Пожалуйста, не приносите нам больше ничего. Пирожные, конечно, очень вкусные и лимонад великолепно шипит, но ведь всему на свете есть предел.
Официантка пожала плечами и сказала сочувственно:
– От кафе я уже больше ничего не приношу. Дело в том, что посетители кафе тоже хотят вас угостить. Например, дама, которую укусили, заказала для вас двадцать четыре пирожных.
Моховая Борода разглядывал воробьев, которые чирикали в летнем кафе среди столов и стульев, выискивая упавшие крошки.
– Вы могли бы эти пирожные отдать птичкам, – сказал он. Но официантка качала головой.
– Так не годится, – ответила она. – Это может обидеть заказавшего. С тем, что заказано для вас, вам всё-таки придётся справиться самим.
С этими словами она быстро уставила стол новыми лакомствами и торопливо ушла.