Это была тяжёлая работа, гораздо более изнурительная, чем можно предположить. Но – что всего хуже – вместо того, чтобы уменьшаться, толпа всё увеличивалась. Мужчины и женщины, совсем маленькие дети и трясущиеся от старости старики всё прибывали. Отталкивая друг друга, они протискивались вперёд. Все жаждали автографов.

– И это называется отпуск, – тихо вздыхал Полботинка. – Ничего себе история!

Полботинка, Муфта, Моховая Борода… Моховая Борода, Полботинка, Муфта… Знай пиши да пиши. И конца этому не видно.

– У меня уже сил нет, – простонал Моховая Борода. – Я больше не могу.

– И я тоже, – сказал Муфта. – У меня пальцы совсем онемели.

Полботинка поднял голову и безнадёжно посмотрел на окружавших его людей.

– Может быть, хватит? – хмуро спросил он.

Но охотники за автографами не желали ничего слушать.

– Пожалуйста! – раздавалось из толпы. – Мы уже целый час ждём. Мы убедительно просим!

Звучали и более решительные голоса:

– А вы как думали? Слава обязывает!

– Ох уж эта слава, – проворчал рассерженный Полботинка, но так тихо, что его никто не услышал. – Прямо хотят загнать нас в гроб.

Измученные накситралли продолжали раздавать автографы. Моховая Борода, Полботинка, Муфта… Полботинка, Моховая Борода, Муфта… И тут случилось непредвиденное.

– Помогите, мне дурно! – крикнул Полботинка.

Он беспомощно раскинул руки, пошатнулся и рухнул наземь.

Толпа испуганно зашумела.

– Он в обмороке! – воскликнул кто-то.

А кто-то другой добавил чуть ли не с восхищением:

– Писал, писал, пока не упал!

– Бывают же такие нахальные люди! – сердилась мамаша, только что получившая автографы. – Они, видите ли, требуют! О жизни и здоровье других никто даже и не подумает!

– Может, он совсем концы отдал? – расталкивая толпу метлой, предположил высокий мужчина с пшеничными усами, по-видимому, дворник, иначе зачем бы ему метла?