На заводе в Лоуренсе, штат Массачусетс, всего за лишних шесть долларов методом песчаной обдувки на вашей двери в момент изобразят хоть фламинго, хоть конька. Но Глория Хилтон пожелала на своей двери огромное "G" шириной в два фута и в середине буквы — изображение своей головы в натуральную величину. Глаза этой головы должны были находиться на высоте точно пять футов два дюйма над дном ванны, потому что именно на этой высоте находятся глаза Глории, когда она босиком стоит в ванне.

В Лоуренсе все чертовски удивились.

Одним из моих собеседников за чашкой кофе был Гарри Кроккер, водопроводчик.

— Я надеюсь, ты настоял на том, чтобы лично снять с нее мерку, — сказал он, — чтобы цифры были абсолютно точными.

— Это сделал ее муж.

— Везёт же людям! — сказал он.

Я подошел к телефону и назвал телефонистке номер Мурры. Я хотел спросить у него, можно ли мне вернуться и закончить работу. Номер был занят.

Когда я вернулся к своему кофе, Гарри Кроккер сказал мне:

— Ты пропустил зрелище, какого в нашем городе, наверно, больше не увидишь.

— А именно?

— Тут только что проехала Глория Хилтон со своей служанкой на скорости двести миль в час.

— В какую сторону? — спросил я.

— На запад, — ответил он.

* * *

Тогда я снова попробовал дозвониться до Мурры. Я думал, раз Глория Хилтон уехала, кончились долгие телефонные беседы. Но номер был занят еще целый час. «Может, кто-то вырвал провод», — подумал я, — но телефонистка на станции сказала, что телефон в порядке.

— Раз так, попытайтесь, пожалуйста, еще разок, — попросил я ее.

На этот раз я пробился.

Трубку взял Мурра. Я едва успел сказать «Алло», и тут он страшно разволновался. И волновался он вовсе не потому, что хотел, чтобы я закончил работу. Он волновался, потому что решил, будто ему звонит кто-то по имени Джон.

— Джон, Джон, — закричал он в трубку, — ну, слава Богу, ты позвонил!