
– Паштет! – обрадовался и стукнул слегка собеседника по плечу Степан. – Е-мое. Сколько лет, сколько зим. Тебя и не узнать. Что же с тобой случилось, давай, рассказывай, как до такой жизни докатился?
– У меня все хорошо. Как у всех есть семья: жена и две очаровательные дочки:
– Как это? – изумляясь, спросил Степан.
– Все очень просто. Работал, работал – уволили. А у нас в России время тяжелое кругом безработица. Как-то проснувшись с бодуна на тротуаре у магазина, я обнаружил в своей упавшей рядом кепке мелочь, которой мне хватило бы на очередную бутылку, но в этот момент мне пришла в голову мысль, что таким образом можно зарабатывать своей семье на жизнь.
Оглядываясь, прохожие смотрели с удивлением, как по-дружески общаются бомж и изысканно одетый мужчина.
– Но ты же раньше жил в Пензе, а сюда-то как попал? – с недоумением спросил Степан.
Бомж, закурив дорогую сигарету, продолжил:
– Почему раньше, я и сейчас там живу, а здесь по делам. Мои близкие не знают, чем занимается их кормилец. В своем городе не хочется светиться, вот и приходиться разъезжать по «командировкам»: ведь для них я служащий солидной самарской фирмы, в которой месяц работаю, месяц отдыхаю.
Случайно бросив взгляд на швейцарские часы, Степан понял, что опаздывает, и сказал:
– Паш, не обижайся, но мне надо бежать, у меня встреча.
– Какие разговоры, понимаю.
– Давай как-нибудь увидимся. Где тебя можно найти?
– До пяти у меня рабочий день, а вечером можешь ко мне заскочить. Запоминай: продиктовал адрес.
– О’кей, – сказал Степан, пожимая студенческому другу руку. – Пока, до завтра.
5
Бар «Ночная лилия» со своим светящимся, зазывающим названием бросался в глаза в первую очередь из всего остального на той же улице. Степан уже перешел половину дороги и остановился на белой разметке, чтобы подождать, когда проедут два автомобиля. Ему подумалось, что водители иномарок играют в обгонки. Первая пролетела, а вторая – бежевый «Форд» внедорожник чуть не наехал на него, он вовремя отскочил матерно ругаясь. Степан успел запомнить номер машины, которую злобно провожал взглядом.
