В целом старшая с немолодым мужем существуют подобно французским аристократам. Они завели наследника, муж уверен в том, что ребенок – его, ну а дальше у каждого начинается своя личная жизнь. Надо только соблюдать приличия и не бравировать перед всеми общими знакомыми молодыми мальчиками и молодыми девочками. Ситуация, насколько я понимаю, устраивает обоих.

Вторая сестра, Шура, считает себя свободной женщиной и считала себя ею и в периоды замужества. Ну а теперь регулярно меняет любовников, правда, молоденькие мальчики ее не интересуют. Ее интересуют только мужчины, способные ее содержать. Ни одна из этих двух сестер не работала ни дня в своей жизни.

Третьей родилась Ольга. Ждали Олега. Папа даже маму не приехал из роддома забирать, забирал будущий муж Полины. Сейчас Ольге двадцать восемь лет, она на год старше меня. Мы с ней сдружились чуть ли не с пеленок – объединились против враждебного мира, который не хотел нас принимать. Нас в этом мире не ждали, нас не хотели видеть, но мы родились. И мы намеревались привлечь к себе внимание и доказать, что чего-то стоим. И мы знали, что можем положиться только друг на друга – потому что больше было не на кого.

В детстве и отрочестве мы пытались привлечь к себе внимание разными способами, но на отца и мать не действовало ничто. Отец работал и ждал внуков, которых мы все должны были родить ему в будущем, мама вела хозяйство до тех пор, пока не появилась приходящая домработница. Я не знаю, когда она начала выпивать. Может, еще в годы нашего детства, а потом количество перешло в качество (хотя о каком «качестве» тут речь?), а может, и после того, как мы все ушли из родительского дома. Или после того, как Павлик, сын Полины, пошел в школу и необходимость в бабушке отпала? Павлик учится в какой-то особой школе, где дети обеспеченных (и занятых) родителей проводят время с утра до вечера, получая всестороннее образование, отдыхая и занимаясь спортом.