– Бабай, можно я похожу по конюшне?

– Посмотри, посмотри, потом я тебя чаем угощу. Только будь осторожен, сзади к лошадям не подходи.

– Хорошо, Бабай!

На всякий случай Леня держится посреди конюшни, хотя никогда не видел, чтобы лошади лягали маленьких. На спор с Колькой, даже под Булатом пробегал, и тот ему ничего не сделал, только недовольно потряс гривой. Над каждым стойлом таблички, и Леня по пути медленно читает, буковка к Суковке, и получается: «Чайка», «Ландыш», «Малыш»… у каждой лошади свое имя.

Заходит за стойло, где проход для раздачи корма, и смотрит в ясли – не осталось ли там овса. Ясли не только пустые, но как будто их кто-то вымыл. Многие изгрызенны лошадьми, будто короедом. Видимо, и лошадям еды не хватает, раз доски грызут. Кони, стоящие в стойлах, с удивлением смотрят на проходящего мимо мальчика, который убеждается, что здесь нечем поживиться. Одна из них оскалила зубы на незнакомца.

Зашел к Бабаю на обещанный чай, присел к горящей буржуйке, взял протянутую кружку с заваренным смородиной кипятком и с интересом слушал Бабая, который мог рассказывать про коней множество историй.

Бабай в молодости много лет служил в кавалерии и так любил коней, что почти жил в конюшне. После того, как было выпито по второй кружке, он спохватился и спросил Леню:

– Ты ведь без спросу пошел из дома не для того, чтобы меня, старика, слушать. Что у тебя случилось?

Пришлось Лене и Бабаю рассказать про свою беду о заскучавшем воробышке, к которому он привык, подружился и хочет помочь, чтобы тот опять стал веселым. В конце своего печального повествования вытащил кусочек хлеба и объяснил Бабаю, что он хотел обменять свою порцию хлебушка с какой-нибудь лошадью на овес для воробья, но у них в кормушках ничего нет. Старик внимательно выслушал, молча взял Леню за руку и повел из кладовки в конюшню. Показывая на щебечущих воробьев, спросил: