Удар… Удар… Удар… Удар…

— О чем задумался, сынок? Не лупи ты его! Обращайся с ним нежно, как с младенцем!

От этого напоминания стало только хуже. Саймон раздраженно обернулся на куст, мимо которого только что пробежал. Тот ли это куст? Где кукла? Все ли с ней в порядке? Там ли еще этот маленький кулечек, или его обнаружили мальчишки, покидая поле? А вдруг Уэйн заложил его! Там ли она, укутанная, в тепле и безопасности и безмятежно счастливая, или они все-таки добрались до нее и пинают ее сейчас в раздевалке, как футбольный мяч, радуясь еще одной удачной шутке?

От Фрогги ей достанется больше всего. Она этого не переживет.

Не в состоянии думать ни о чем другом, Саймон потерял мяч.

Над полем тут же прогремел крик мистера Фуллера:

— Думаешь, это смешно, Саймон Мартин? Я так не думаю!

Саймон чуть было снова не упустил мяч. Такого с ним никогда не бывало. Он даже не отрабатывал удар. Нужно было просто вести мяч. И все равно он не мог сосредоточиться. Как он мог заставить ноги двигаться в нужном направлении, если в голове его одна за другой сменялись жуткие картины надругательства над его мучным младенцем? Жаль, что мистер Фуллер так пристально наблюдает за ним, иначе Саймон обернулся бы и внимательно посмотрел на куклу. Она должна быть там, в безопасности, завернутая в полотенце. Но если бы он знал это наверняка, он бы сосредоточился на мяче гораздо лучше.

Опасаясь снова вызвать гнев мистера Фуллера, Саймон не обернулся. Глядя себе под ноги, он продолжал бежать, а в голове его одно за другим сменялись жуткие видения.