— А-а, кх, кх, — радостно заперхал Цахес. — Молодой Брыкс! А я тут вот шел мимо…

— Заходи, заходи.

Цахес воровато оглянулся и достал из-за пазухи бутылку шнапса.

— Ого, — сказал Руфус. — «Кинг сайз»?

— Ну, а чего мелочиться, — важно ответил Цахес, вручая Руфусу бутыль. Он поднялся по ступенькам крыльца и вошел в дом.

Лилита вертелась на кухне, помешивая в кастрюльке соус и время от времени заглядывая в духовой шкаф, из которого распространялся аромат жарящейся курицы с картошкой и сыром. Несмотря на то, что она еще дважды с утра повторила Руфусу, что «раз твой гость — ты и готовь», тем не менее, готовить ужин она принялась сама. Когда муж сунулся было в кухню с робким предложением помощи, она лишь презрительно фыркнула и сказала:

— Если мне понадобится разбить пару тарелок или рассыпать по полу крупу, я всегда смогу сделать это сама, и можешь быть уверен, даже это я сделаю гораздо лучше тебя.

Так что Руфус вернулся в комнату и два часа кряду развлекал Ким, чтобы она не мешалась матери. Как раз перед приходом Цахеса он катал ее на своей спине по комнате, изображая ослика и время от времени крича «И-а-а-а!»

Руфус проводил Цахеса в гостиную. Ким уже сидела за столом, склонившись над листом бумаги, и что-то рисовала цветными карандашами.

— Твоя, что ли? — спросил Цахес, одобрительно глядя на Ким.

— А как же, — не без гордости ответил Руфус. — Четыре будет в марте… Ким, а что сказать надо?

Ким оторвалась от листка.

— Здрасьте, — сказала она, окинув Цахеса быстрым взглядом. — А я вас видела, у папы на работе.

— Точно, кх, кх, кроха, — сказал Цахес и повернулся к Руфусу. — Давай, наливай, что ли.

Они уселись за стол — Руфус рядом с дочерью, а Цахес напротив, рядом с окном. Руфус откупорил бутылку и налил шнапсу в уже приготовленные стопочки — Цахесу полную, а себе и Лили поменьше.