— Да не вру я. Так и не знаю, кто это там плавал. Ну, да ладно. Дело в том, что в прошлом году знакомый мой стерлядку около Тарусы вытащил. Царскую рыбу… Водится она здесь, только наживку не берет почему-то. Отъелась… И ты заметил, только она хвостом бить начинает, как этот катер, мать твою… Речной трамвайчик, так нет, выпендрелись, сделали на воздушной подушке. С авиационными моторами… Ты запивай, запивай.

— Мели здесь, плёсы. Иначе, как на воздушной подушке, и не пройдёшь…

Костёр догорает, остаются лишь угольки, красные, таинственные, отбрасывающие странные тени на алюминиевых чашках, котелке с картошкой и пустых банках китайской тушёнки «Великая Стена».

— Ну, будет, — у Николая Васильевича «Спидола» с архаичными жёлтыми пластмассовыми лучиками и чёрными, ребристыми колёсиками настройки. — Новости послушаем. Может, пока мы тут плаваем, война уже началась.

— По сообщению информационного агентства ТАСС, успешно завершена стыковка космических кораблей «Аполлон» и «Союз». Советские и Американские астронавты, несмотря на принципиальное различие мировоззрений…

— Нет, ну надо же! Да что они так скромно. Они все-таки состыковались! Что вы сидите? Что вы пьёте всякую дрянь! Они живы! Вы слышите, они живы! — Миша завёлся. — Они состыковались! Там, на орбите, я уверен был, что они погибнут. В тысячах километров друг от друга…

— Он чего, больной, этот ханурик, или принял лишнего? — Серёга из Воркуты чиркнул спичкой, и его лицо с недавно отпущенной бородкой, на секунду высветилось в темноте. — С вами, столичными, никогда не знаешь, чего ждать. Я такого гуся однажды встретил, по распределению к нам на шахту направили.

— Чудо. Это чудо, и это вселяет надежду… Представить себе невозможно, с допотопными средствами навигации, архаичными датчиками, и все-таки удалось найти друг друга в этой бесконечности. Состыковаться, да нет же, это удивительно!

— Ты, Миша, помолчи лучше. Не мешай слушать, — начал заводиться Николай Васильевич. — Все-таки историческое событие.