В трубке послышались гудки. Кэш спешил уговорить следующего покупателя.

Времени на то, чтобы собрать сведения и принять решение, было в обрез. Я набрал номер Дейвида Барратта, сейлсмена [Сейлсмен — торговый агент, действующий в качестве посредника между покупателем и продавцом на рынке.] из «Харрисон бразерс». Я передал ему все, что услышал от Кэша, и спросил его мнение.

— Мне вся эта затея не нравится. Цена кажется вполне приемлемой, но помнишь, как печально закончилась история с облигациями, выпущенными Всемирным банком две недели назад? Сейчас никто не покупает еврооблигации. Думаю, ни один из моих британских клиентов не возьмет ни одной бумажки.

Четкий, размеренный голос Дейвида отражал его огромный опыт и трезвый, аналитический ум. В большинстве случаев он оказывался прав и благодаря этому приобрел множество надежных и верных клиентов.

— Благодарю за полезный совет, — сказал я и положил трубку.

Загорелась другая лампочка. Звонила Клер Дюамель, очень деловая француженка, которая продавала облигации от имени «Банк де Лозанн э Женев», или, короче, БЛЖ.

— Алло, Пол, как дела? Сегодня ты готов купить у меня пакет облигаций? — Ее хорошо поставленный низкий грудной голос заставлял задуматься даже самых жестокосердных покупателей.

Теперь у меня не оставалось времени для любезной болтовни с Клер. Она отличалась потрясающим здравомыслием (которое тщательно скрывала), и мне нужно было срочно узнать ее мнение.

— Что ты думаешь о новых шведских?

— Это же курам на смех! Барахло. Ужасное барахло. И вообще сегодняшний рынок мне совсем не нравится. И моим покупателям. И моим трейдерам [Трейдер — лицо, покупающее и продающее ценные бумаги с целью получения прибыли от краткосрочных колебаний цен, биржевой игрок.. Но если ты захочешь купить, уверена, они продадут облигации очень дешево.