У нас во дворе не было катка. У меня не было коньков. Вот, вроде бы, и говорить тогда не о чем. Но… Коньки я брала у соседки, чей размер ноги порядком превосходил мой, мы шли на дорогу и по отдельным островкам льда умудрялись совершать конькобежные движения. Благо, тогда дороги не скребли, как сейчас, было детям развлеченье. После таких катаний, когда я первый раз встала на настоящий лёд на настоящем катке, он показался мне невероятно скользким.

В детстве я очень редко болела, раз в год стабильно простужалась, а остальные триста шестьдесят дней жила спокойно. Я думаю, может, это потому, что мы были довольно закаленные, сосульки ели, гудрон жевали... Только дочери моей не говорите!

Однажды, в один из Новых годов все собирались к полночи идти в аэропорт встречать Деда Мороза. Он прилетал в Тюмень или пролетал через неё, но все заранее знали, что он будет, и готовились. Я тоже ждала, так сильно ждала, что проснулась как раз в то время, когда родители с сестрой уже вернулись обратно. Я, естественно, расстроилась. Но им было «так жалко меня будить», что мне ничего не оставалось, как рассказывать потом друзьям, что мои родители встречали Деда Мороза!

Глава VII. Осень

Это сейчас я люблю осень, люблю это многообразие красок, особенно в солнечные дни, особенно, если не все листья ещё опали, особенно, если температура выше ноля. Люблю зачерпнуть ногой кучу листьев, подбросить и любоваться содеянным. Тогда же осень означала школу, расставание с подругами, так как мы учились не вместе, жесткие рамки, ограничивающие свободу и время. Но самое главное, конец шортам и майкам, впереди куртки, шапки и резиновые сапоги. Утром уже не выскочишь на улицу в чём был, теперь посмотришь на градусник, подумаешь, потом позвонишь подруге и спросишь: на улицу пойдём или дома поиграем? Но это только сначала, до адаптации.