Глава VIII. Женька

Не надо думать, что свое детство я тратила исключительно на повреждение своего тела, я, вообще-то, не люблю, когда нарушается целостность моего кожного покрова и уж тем более костей. Поэтому время от времени меня можно было принять за вполне нормальное спокойное дитя, способное проводить время, не прыгая по крышам. В таких исключительных случаях я пребывала в компании девочки по имени Женя, которая приезжала по выходным к своей бабушке, нашей соседке. Женька, чудный рыжик, была совершенно славной девчонкой. У себя во дворе, с другими своими друзьями она тоже вела весьма активный образ жизни, но, собираясь вместе, мы играли преимущественно в спокойные игры, в большей степени потому, что берегли нервную систему ее бабушки, а, значит, и свою. Мы играли в бумажных кукол, рисовали им одежду, разделывали огород во дворе, копали какие-то каналы и заливали их водой, что-то вырезали, делали папье-маше, шили кукольные наряды из старых тряпок и носков. Несмотря на то, что обе мы были привыкшие к большей динамике, нам было хорошо вдвоем, по крайней мере, мне было с ней хорошо и спокойно, психика моя отдыхала от постоянных потрясений, а тело - от физических нагрузок. Много веселья нам приносила и ее бабушка. В зависимости от ее настроения одно и то же занятие могло расцениваться ею по-разному. Например, за то, что мы безболезненно делали вчера, сегодня слышали: «Женя! Не умеешь себя вести – иди домой!». Эта фраза, сначала вызывавшая недоумение, позже стала своего рода знаковым отличием, фирменной бабушкиной фишкой. Произносить ее она могла к любому месту в любом аспекте.

- Женя, ты какой суп хочешь? Щи? – спрашивает из окна бабушка.