Сама не знаю, почему я вдруг стала рассказывать о своих планах совершенно постороннему человеку. Но у Марины Петровны была такая особенность: отказать ей в чем-либо было очень трудно. Только много позднее, спустя годы, я научилась утаивать от нее информацию, да и то это делала не я, а мой близнец. И даже близнецу приходилось прикладывать для этого немалые усилия.

– А откуда такая неуверенность? – продолжала допытываться женщина.

И столько искренней заинтересованности было в ее голосе, столько участия, что я поведала ей обо всем. О том, что со своей золотой медалью я могла бы поступить, куда угодно. Но на поступлении именно в этот вуз настаивает мама, так как желает мне обеспеченного будущего. А я, в свою очередь, очень хотела бы стать актрисой и даже успешно выступала в школьных постановках, но о настоящем таланте речь не идет. А чтобы быть актрисой, нужен дар от Бога. И мама думает, что все это блажь, которая со временем пройдет. Возможно, она права.

– Что ж, это все разумно. – Марина Петровна положила мне руку на плечо. – Но вот что я вам скажу, моя дорогая. У вас исключительные внешние данные. Мне также очень нравится, как вы держитесь, как двигаетесь, как говорите. Поэтому я предлагаю вам попробовать себя на несколько ином поприще. Но тоже очень артистическом. Вы не хотели бы стать моделью?

И она протянула мне свою визитную карточку. Так я открыла для себя дорогу в школу моделей «Элит», одно из самых престижных и уважаемых заведений в нашем городе.

Люди встречаются, люди влюбляются…

– Пошла! Поворот. И еще. Теперь назад. Спину, спину держи! О господи, ты что аршин проглотила?! Я сказал: держи спину, а не превращайся в камень. Перерыв!

Я без сил опустилась на скамейку рядом с Иришкой.

– На, попей водички! – Она протянула мне маленькую бутылку минералки без газа. – Игорь сегодня что-то не в духе.