Несмотря на все эти человеческие предпочтения, до последнего времени Грей охотнее принимал рекомендации Вудбриджа. До появления Сьюзен Кьюли его не слишком заботило, что в действительности происходило с ним в течение этих нескольких позабытых им недель. Гораздо больше его беспокоило само ощущение отсутствия воспоминаний – ощущение пустоты, провала, бреши в его жизни. Ему казалось, что этот темный, хранивший молчание период отторгнут от него навсегда. Разум Грея как бы инстинктивно избегал его, подобно тому, как человек старается избежать прикосновений к открытой ране.
Но вот Сьюзен Кьюли явилась к нему из этого утраченного времени и осталась неузнанной. Она знала его тогда, и он тоже знал ее. Она пробудила в нем потребность вспомнить.
5
Утром, когда Ричард Грей, приняв ванну и одевшись, ждал в своей палате известий о прибытии Сьюзен, к нему заглянул Вудбридж.
– Хотелось бы, – начал психолог, – обсудить кое-что в спокойной обстановке, прежде чем вы снова увидитесь с мисс Кьюли. Она производит впечатление приятной молодой особы, вы не находите?
– Нахожу, – ответил Грей, испытав внезапное раздражение.
– Неужели вы совсем ее не помните?
– Совершенно.
– Нет даже смутного ощущения, что вы могли ее видеть?
– Нет.
– Сказала она вам что-нибудь о том, что произошло между вами?
– Нет.
– Я вот что думаю, Ричард. Возможно, это была размолвка, ссора, травмировавшая вас настолько, что вы затем пытались похоронить даже память о ней. Такая реакция была бы совершенно нормальной.
– Пусть так, – сказал Грей, – но я не понимаю, какое это имеет значение.
– Причиной вашей амнезии может быть неосознанное желание избавиться от неприятных воспоминаний.
– Какая разница, так это или нет?