Ему никак не удавалось сосредоточиться на книге, и утро тянулось бесконечно. Было холодно и неуютно, и чем ближе к полудню, тем сильнее поднималась в нем обида. В конце концов, она ведь обещала и должна была догадываться, как много эта встреча для него значит. Он принялся изобретать для нее оправдания: она решила взять автомобиль напрокат, но вышла задержка; машина по дороге сломалась; произошла авария. Но об этом-то он должен был услышать.

С беспомощным эгоцентризмом инвалида он не мог думать ни о чем другом.

Приближался час дня – время ленча, и Грея вскоре должны были отвезти в столовую. Он понимал, что, даже если Сьюзен приедет в ближайшие минуты, они уже не смогут побыть вместе долго: в два в любом случае он должен отправляться на физиотерапию.

Было без пяти час, когда какая-то машина свернула на дорогу, ведущую к клинике. Грей разглядывал ее серебристую крышу и окна, в которых отражалось небо, с твердой уверенностью, что Сьюзен приехала именно в этой машине. Его напряжение достигло предела.

Она появилась на террасе вместе с одной из сиделок, сестрой Брикон. Обе женщины подошли к нему.

– Подают ленч, мистер Грей, – сказала сестра. – Позвать санитара, чтобы он вас отвез?

Взглянув на Сьюзен, он сказал:

– Не стоит. Я сам доберусь. Буду через пару минут.

– Я ненадолго, – обратилась та скорее к сестре, чем к Грею.

– Не возражаете, если я передам, что вы тоже останетесь на ленч?

– Нет, благодарю.

Медсестра несколько секунд молча разглядывала их, потом кивнула и удалилась.

– Простите, Ричард. Сожалею, что не смогла приехать раньше.

– Что-то случилось?

– Мне пришлось задержаться в Кингсбридже.