Голос Волшебника замолк в гулком подвале, и наступила тишина. Мы в молчании толпились у круглого окна.

- Как это? - спросил вдруг Виль.

Волшебник недовольно уставился на него.

- Может, особо непонятливые из вас не знают, что такое добрые дела?

- А почему... - начал Волчок, но Джон его перебил:

- Волчок, погоди. Волшебник, а что этот ящик может делать? Конкретно?

Волшебник удовлетворенно кивнул:

- Правильно. С этого и надо было начинать. Почему только один из вас умеет мыслить в верном направлении? Сила Добра безгранична, Джон. Поэтому мой Блестящик умеет все. Надо только с ним правильно работать. Этому я и хотел вас научить. Мы поставим Блестящик на Главной башне, чтобы у каждого был к нему доступ. С его помощью можно (если очень постараться) осознать, охватить взглядом всю панораму Добра, которая неизменно открывается вам, едва вы только об этом вспоминаете. Многие не умеют п о н и м а т ь Добро и считают его не тем, что оно есть.

Опять наступило молчание. Каждый медленно переваривал слова Волшебника.

- Ну что же... - сказал задумчиво Левка как бы про себя. - Есть, правда, в ваших словах непонятные места, но в общих чертах...

- Простите, пожалуйста, - заговорила скромница Пенка, - а вы уверены, что это правильно? То есть... не несет ли Блестящик с собой не только добро, но и зло?

Я подумал. что Волшебник должен рассердиться, Так и случилось.

- Зло! - сказал он презрительно. - Головой надо думать, девочка! Как бы я его тогда, интересно, сделал? Я заряжал его Добром, заряжал светом...

"Светом от фонаря", - пошутил про себя я.

Волшебник запнулся и продолжал:

- Я вспомнил много хороших дел, которые совершил на Земле. вспомнил славные сны, все сладкие видения, которые окружали меня, когда я спал... Весь дорогой опыт, накопленный мною и, если можно так выразиться, всю душу я вложил в эту работу. Она стала вершиной моих дел. Вы думаете, что я не спал эту ночь. Да, ее и еще много ночей я не спал! Блестящик готов. Пользуйтесь!