Никита, опустив голову, шепотом же ответил:

– Уронил в кино, раздавили. Новые не успел купить.

– Ну-ка, мои!.. – Капитан достал из кармана кителя солнцезащитные очки. – Надеть! Быстро!!!

Чтобы получилось правдоподобнее, Никита замотал головой.

– Надеть, говорю! – замычал в ярости усатый капитан.

Никита надел очки капитана и увидел зеленых людей в зеленом мире.

– А?! – капитан смотрел на лейтенанта. Тот, как пес, навострил уши, но еще не понял.

– А белые перчатки? – продолжал зеленый капитан, вися над Никитой.

И Никита вспомнил подробности. По телевидению рассказывали, что у маньяка, который ловит юных девиц на окраине города в лесном массиве, насилует и убивает, именно белые печатки. Кроме того, он действует в темных очках.

– Перчатки у меня дома, – процедил Никита. – С красными кончиками.

– Ты пишешь?! – рявкнул капитан на лейтенанта. И, поворотясь к

Никите, снова перешел на шепот: – Красные? Даже не отмыл?!

– Нет… это резиновые кончики, тоже красные. В магазинах такие продают. Ими хорошо сорняки дергать, – с улыбкой отвечал

Никита. – Ну, и клипсы у девиц.

Ах, милая моя!.. Звенит, звенит в голове твой голос, волнами вдруг поднимается до визга, а потом звучит низко, падает до интимного, чуть хриплого шепотка: “Ну, почеМУ-У ты сего-ОДНЯ хмурый?..”

Капитан и лейтенант переглядывались, не веря в удачу. А Никита закрыл лицо растопыренными ладонями. Ему хотелось яростно захохотать… но эти не поймут. Решат, что играет психа, чтобы попасть в дурдом, избегнув наказания.

– Я сейчас! – Капитан бегом выскочил из кабинета, а лейтенант принялся строчить пером, уже без улыбки, водя вправо-влево круглыми от восторга и ужаса глазами.

Через минут пять-семь в кабинет вошли, скрипя ботинками, знакомый уже усатый капитан и низенький майор с помятым лицом, с тоскливым взглядом синих глаз.