Он все понял — дети гениальны, — но осознать всего не мог и, интуитивно боясь осознания, не желая его, убежал: вдруг бабушка захочет все разъяснить?

Вот и я не любила… Бьется, и хорошо, и слава Богу («Ладно, бабушка, ладно…»)…

Выходит, если искать чуда, если действительно его искать, то это звуки сердца.

В ритме вальса… 3/4…

ЕГО СЕРДЦА.

Господи, о чем только не думалось, не вспоминалось сейчас…

Один раз после ремонта они поехали в универмаг — купить материал на шторы в прихожую: задергивать вешалку.

Было многолюдно, душно, и ей стало нехорошо, но материал на шторы они успели выбрать. Он попросил у продавщицы стул, усадил жену и пошел в кассу.

Я оказалась почти за прилавком и хорошо видела разворачиваемые ткани и руки с чеками.

Подошел муж и тоже протянул чек.

Продавщица взяла их рулон, но тут чья-то поспешная рука протянула свой чек.

Девушка отложила взятый рулон, взяла два других — алый и белый — и стала быстро отмеривать. А… кто-то брал уже такие отрезы… Ну да, брал…

Алый был не просто алый, но с особой глубиной, с темным каким-то отливом.

Продавщица завернула алый в белый, потом все это в серую бумагу, отдала в руки и снова взяла их рулон.

«Какое бы вышло нарядное, праздничное платье, а белый — на простыни, простыни почти все износились, да и люди берут, понимают»… — и она стала делать мужу знаки: дескать, возьми и нам! Он вначале не понял, тогда она громко шепнула:

«Возьми и нам такое». Он услышал, махнул рукой: «Да замолчи ты!». Разозлился.

«Ну и зря», — сказала она.

Он взял сверток, и они пошли из универмага к своей машине. «Ты почему такой вредный?» — спросила она. «Ах, да замолчи ты, ради Бога! На гроб берут!»

…Один раз, когда они собирались на работу, она увидела его в прихожей — через открытую дверь спальни, где одевалась. Он был уже одет, так как выходил пораньше — прогреть машину. Он не видел ее. Она же видела, как он старательно и очень серьезно надевал на пальто через плечо и большой живот выменянный планшет, который в общем-то ему и не был особо нужен, как сдвигал его с живота на правый бок и как, довольный, пошел…