– Я согласен выслушать тебя. Похоже, ты в курсе, кто убийца, Кейта-кун? –поинтересовался я скучающим тоном и выпустил тонкую струйку дыма.

Но он молчал.

– Ладно, тогда позволь, я поговорю сам с собой. В ночь на двадцатое число ты со своими корешами торчал в обычной берлоге, баре Синкирё. Дочь была дождливой. Я прекрасно помню, потому что и сам квасил тогда с друзьями. Впрочем, это к делу не относится. С тех пор, как Гакуто попросил меня тебя разыскать, я наслушался разных жутковатых историй от твоих знакомых. Думаю, что знаю, чем вы там занимались в ту ночь. Знаю я – но не полиция. С полицейскими люди твоего круга не стали бы охотно трепать языками. Вот беда – не желают помогать правосудию!

Глядя, как я неодобрительно пожимаю плечами, Кейта снова задрожал. Теперь он боялся уже не мести убийцы, а того, что всплывут его темные делишки.

– В ту ночь в подвале был еще один человек, кроме вас. Девушка, старшеклассница, которую вы мучили и запугивали. Имя ее мне неизвестно, но кое-кто видел, как вы вели ее в бар. Она не оказалась в полиции и не всплыла нигде с того самого происшествия. Но и тела ее не нашли среди останков той четверки. Ты знаешь, что с ней случилось?

– Не знаю… я никого не знаю!..

– Темнишь. Из чего следует логический вывод, что убийца – ты сам. Позвоню-ка я в полицию.

– П-постойте, я ничего не делал!.. Да и как бы я мог сотворить такое?!

– Хм, этот вопрос и меня немало занимает. Так там действительно была девушка?

Поколебавшись пару секунд, Кейта неохотно кивнул.

– Но тогда сразу же встает следующий вопрос. Эта мясорубка не из разряда тех, что может совершить в одиночку молодая девушка. Вы наширялись до полной невменяемости?

Парень потряс головой. Судя по всему, дело было не в том, что они обдолбались и перерезали друг друга. Но тогда, получается, убийца – девушка?