— И ты хочешь отправить меня, своего друга, на встречу со всем преступным миром Японии?

— Да брось ты. Ни у кого не получается искать людей лучше, чем у тебя.

Я помолчал, задумавшись, потом поинтересовался.

— Этот парень, Кейта. Он кололся или нюхал что-нибудь?

— Нет, этим грешили его кореши, которых убили. Разве ты не помнишь его? Он же еще в школе ходил за тобой хвостом.

Не знаю, чем я заслужил, но школе у меня было много приятелей среди младшеклассников — и не только. Наверное, Кейта тоже был среди них.

— Если бы мы узнали, что он просто наширялся новой дурью, то все бы обрело смысл. Чем же они там баловались? Эйфориками или депрессантами?

Наркотики-эйфорики вызывают психологический подъем, чувство восторга и эйфории. Депрессанты, напротив, вгоняют в жестокую меланхолию и печаль. Тот, который назвал Гакуто, относился к эйфорикам.

— Должно быть, парень страшно перепугался и считает, что убийца гонится за ним по пятам. Не удивлюсь, если он укололся, чтобы подавить страх. Хорошо, я постараюсь разузнать, где он. Расскажи о его приятелях.

Гакуто, словно ожидал этих слов, и немедленно протянул мне записную книжку. Круг знакомств членов этой шайки был весьма широк, и Кейта не оказался исключением. В блокноте вытянулся длинный список имен и номеров мобильных телефонов. Кто-то позаботился даже указать места, где обычно болтались эти компании.

— Когда найду его — позвоню. Если мне придется отправить его в безопасное место, ты не будешь против?

Под «безопасным местом» я подразумевал крепкие объятия моего племянника, братца-Дайске. Полицейского. Гакуто понял и молча кивнул. Сделка была заключена, я позаимствовал около двадцати тысяч иен и распрощался.

Расставшись с Гакуто, я направился к месту преступления. Не могу сказать, чтобы эта затея мне понравилась, но меня подталкивало в спину какое-то странное чувство. Уверенность в том, что парень действительно находится в опасности, не позволила мне отказать Гакуто. Теперь я был обязан взглянуть на то самое место — иначе надежды найти беглеца не будет.