Запись прокрутилась до конца. Странно. Звук этого голоса почему-то успокаивал. Мысли, терзающие и грызущие, словно крысы в подполе, чуть отступили. Словно я, заблудившись в зыбком нигде, почувствовала под ногами надежную опору. Глупости, как несколько слов, сказанные наигранно бодрым голосом, могут быть опорой для меня? Это иллюзия. Наверняка, это тоже иллюзия. Единственное несомненное, беспощадное реальное чувство, которое мне осталось — это кипящий, обжигающий экстаз, пьянящая эйфория, вспыхивающая в груди, когда я вспоминала ощущение от стали в моей руке, пронзающей чужую плоть. При одной только мысли об убийстве.

«Анэнербе» оказалось небольшим уютным заведением, отделанным под старину. Взглянув на выписанное готическим шрифтом германское название, я толкнула резную дверь. Перевалило за полдень, поэтому посетителей оказалось немного. Внутри было темно и контраст для глаз, привыкших к яркому солнечному свету, был почти болезненным. Четыре квадратных окошка со средневековыми рамами освещали только столики, стоящие у внешней стены, а внутренняя часть кафе и стойка тонули в полумраке. Лампы, висящие над столиками, бросали на них резко очерченные круги света, подобные островкам в темном море. Кокуто Азака нашлась за дальним столиком. Две девушки в строгой школьной форме европейского покроя сидели бок о бок, ожидая Микия.

Две?..

Что-то новенькое. По словам Микия здесь должна быть только его сестра, Азака. Откуда же взялась вторая? Шагая между столиков, я окинула их оценивающим взглядом. Две красивые девушки с длинными волосами, обе стройные и изящные, как и подобает воспитанницам престижной женской академии Рэйен.