— Это вход в башню, — пояснил Пикрик, — нам надо на самый верх, там живёт мой крылатый друг.

— Понятно, будем взбираться.

Кроух начал восхождение. Подниматься было очень трудно.

— Как ты тут поднимаешься!? — удивился Кроух.

— А я тут и не хожу, у меня другой путь есть.

— Так может, им пойдём?

— Нет, ты большой, тебе там не пролезть.

— Значит, идём здесь, трудной дорогой.

Мышонку было удобно и тепло на плече у мохнатого друга, с такими удобствами он ещё ни разу не путешествовал! Вот бы так всегда!

Длинный путь наверх кончился. Последние лучи заходящего солнца, сквозь узкие окна, осветили круглый зал башни. Под потолком её висели сотни летучих мышей, они спали вниз головой, завернувшись в кожистые крылья, как в плащи.

— Эй! Свистлих! Где ты! Отзовись! Это я Пикрик! — закричал мышонок своим тоненьким голоском.

— Может мне его позвать? — спросил Кроух. — Я громче могу крикнуть.

— Нет, не надо, у летучих мышей очень тонкий слух, и они не любят шум.

— Чего же он не отзывается?

— Спит. Умаялся за ночь. Ты их своей летающей машиной тоже напугал.

— Я не виноват, это навигатор вышел из строя, а ремонтник его починить не успел, а потом двигатель отказал и я грохнулся прямо из подпространства к вам. Хорошо, что был в перегрузочной капсуле, вовремя забрался в неё, а так, меня размазало бы вместе с оборудованием.

— Ох, и умно ты говоришь, — Пикрик потёрся мордочкой о щёку товарища, — даже завидно. Вот только я ничего не понял.

— Вы что, не пользуетесь подпространством?

— Нет.

— И надпространством?

— Не, не пользуемся.

— Как интересно! Значит, вы только по планете и ходите?

— Ну да. А вы что, не ходите?

— Ходим, ходим, а в гости летаем.

— Мой друг Свистлих тоже летает! — заявил Пикрик гордо. — Эй! Хватит спать! Солнце уже село!