Но они разошлись. Анвар заглянул к своему товарищу. В классе они сидели за одной партой, но вот уже третий день Раджаб пропускал уроки по причине ангины. Посвятив его в последние события школьной жизни, то есть минут двадцать поболтав о разных пустяках, Анвар распрощался и вышел со двора, бессознательно отметив при этом недалекий шум автомобильного двигателя. Свернул в переулок, потом направо на улицу – и угодил как раз под ищущий взгляд армейского капитана.

Грузовик резко затормозил.

– Эй, джигит! Пойди-ка сюда!

– Я? – удивился Анвар.

Он машинально оглянулся. Поблизости никого не было, и приходилось заключить, что незнакомый офицер обращается именно к нему, хотя оставалось непонятным, какое у этого военного до него может быть дело. Кроме того, окрик прозвучал так радостно, что Анвар даже засомневался – уж не родственник ли? Но отогнал от себя эту нелепую мысль и решил, что военный, скорее всего, хочет спросить дорогу.

– Ты, ты! – улыбаясь, ободрил его приезжий, а когда Анвар сделал несколько шагов, спросил: – Тебе сколько лет?

– Мне? – снова удивился Анвар.

– Ты что из себя слабоумного строишь? – неожиданно зло осклабился капитан. – С кем я, по-твоему, разговариваю?!

– Ну, семнадцать, – сказал Анвар, что было чистой воды правдой. И семнадцать-то были совсем новенькие – двух недель не прошло со дня рождения.

– Рассказывай! – неприятно фыркнул капитан. – Вон какой здоровый вымахал… Из какого дома?

– Из двадцать третьего…

Шевеля губами, военный пролистал бумаги. Явно не найдя того, что искал, он раздраженно захлопнул папку и сказал:

– Из двадцать третьего, говоришь? Ладно, полезай в кузов!

– Зачем?

– Полезай! Поедем проверим, из какого такого двадцать третьего!

Анвар пожал плечами:

– Да пожалуйста… проверьте!

Он обогнул грузовик, положил руки на задний борт – и тут же был подхвачен кем-то, а когда оказался внутри, понял, что он в этом кузове далеко не первый.