Убийца залепил мне очередную пощечину, чтобы Я помалкивала, и тогда Я решила поупражняться в саморелаксации: вообразила, что нахожусь на необитаемом острове, загораю голышом, наслаждаясь шепотом моря и легким карибским бризом.
То, что двое психопатов насилуют женщину, — это нормально. Но то, что на рассвете меня бросают одну в пустынном парке, разукрашенную, как в мексиканском фильме про вампиров, — этого я вынести не могу. Я сказала им, что, раз уж они меня изнасиловали, самое меньшее, что они могли бы сделать, — это отвезти меня домой, потому что мне надо принять ванну, а здесь нет такси. Они отвечали, что боятся смотреть мне в глаза, и что им хотелось бы забыть о случившемся, и чтобы я тоже забыла. Даже в «Свинках-близняшках», одном из известнейших моих фотороманов, я не выглядела настолько отвратительно. Это меня всерьез расстроило: я осознала, что бывают ситуации, когда женщинам не остается ничего другого, кроме как сделаться феминистками. В одной из таких ситуаций я и оказалась. Не то чтобы я боялась повстречать еще пару психов или опасалась, что меня изнасилуют второй раз за ночь: меня беспокоило, как я смогу добраться домой, — всем ведь известно, как напряженно в Мадриде с транспортом.