Мои веки сомкнулись, и слезы своим чередом потекли, побежали, покатились по щекам, знаменуя мой полный провал. И я должна была подчинить себе мышцы лица, побороть инерцию, что пригибала все мое тело к земле, чтобы снова открыть глаза, и больше никого и ничего мне не хотелось видеть, но передо мной был опустевший балкон, и мое сердце чуть не показалось наружу из сдавленной глотки.

Затем настала моя очередь опустить голову. Приподняв подбородок и наконец-то расправив плечи, переходил улицу он.