Вслед за этим, вживую – что все же им отмечалось – поравнявшись с гостиницей «Мир», он улыбнулся милой суетности тридцатилетнего себя же, убежденно полагавшего, что вполне возможно расчетливо выстроить судьбу так, чтобы оставить за собой мифологию, а не биографию...

Тут, отбивая каблучками на сыром асфальте звонкую, на полшага отстающую от туфли четвертую долю, мимо него проскользнуло нечто телесное и отвлекло от созерцания отблесков внутренней мнимой жизни – по утверждению бокового зрения, это была премилая девица. На миг он вынырнул из марева архивных видений, столь неожиданно и без явной причины выбивших крышки и хлынувших наружу из тех забвением запечатанных сот, где им надлежало пребывать, быть может, до Страшного Суда, когда этому хранилищу, этому «черному ящику» предстояло отвориться и засвидетельствовать меру его земного бытия. Жизнелюбиво кинув вослед отвлекшему его существу оценивающий, но бесстрастный взгляд, он заметил высокую ладную фигуру, с художественным небрежением одетую в заурядные и ноские, ныне способные служить примером изыска, изделия позавчерашних модисток – длинное, до щиколоток, черное платье с высоким воротом и темно-зеленый бархатный жилет. Возможно, в туалете девицы, доступном ему со спины, он отметил бы что-то еще, вроде небольшой, отчасти напоминающей тюбетейку, зеленого же бархата шапочки, но имена подобных штучек давно перешли в разряд глосс и, не умея назвать, он неотчетливо выделил их и зрительно.

Вполне естественно, без всякой театральности, девица свернула за угол гостиницы на Гастелло.

«Ну и что? – внутренне удивился он. – Какого черта я здесь?!» И это была первая за день мысль, связавшая его с реальностью улицы Ленсовета. Однако непрошеный жонглер, тут же и без предупреждения прервав антракт, наобум явил забавное воспоминание о тех давних годах, когда он с трудом еще отличал стиль от пошлости и был настолько безыскусен в сочинении комплиментов, что однажды (собственно, это и вспомнилось) отъявленная подружка в ответ на неумеренную похвалу ее коже простодушно заметила: «Можно подумать, что до сих пор ты спал только с жабами и ящерицами».