- Костел, - равнодушно ответил Довгелло на Гришин вопрос. - Я туда каждое воскресенье хожу.

- Зачем?

- Мама велит.

- А отец твой где?

- Отца нет... Умер.

Гриша посмотрел искоса на своего нового знакомого. Теперь он вспомнил: Довгелло был сегодня в толпе мальчишек, кричавших "столбовер", но он не шумел вместе с другими, стоял молча и пристально глядел на Гришу, взмахивая по временам - вот как сейчас - своими мохнатыми ресницами.

"Ну совсем девчонка!" - с огорчением подумал Гриша и спросил:

- Хотел бы ты убежать отсюда? Из города? Только говори правду.

- Хотел бы, - не задумываясь, ответил Довгелло.

- Куда ж бы ты подался?

- На Дон.

- Почему на Дон?

- Там хорошо! - Ресницы Довгелло мечтательно слиплись. - Там казаки живут, смелые люди, особенные. Я хотел на Запорожскую Сечь убежать, да узнал, что Сечи больше нет. Уже давно нет. - И он вздохнул.

Гриша подозрительно глянул на своего спутника и решил:

- Ты врешь все!

- Нет, не вру.

- А не врешь - бежим вместе, хоть сейчас.

- Сейчас нельзя. Надо подождать до весны. Тогда и ночевать можно всюду, хоть в поле. Или в лесу.

- А зачем ты врал про эту... про Сечь?

Вячеслав Довгелло оглянулся по сторонам, схватил Гришу за руку и заговорил вполголоса:

- Я тебе одну книгу дам. Прочтешь - узнаешь, вру я или нет. Только не показывай никому: мама сказала, что мне эту книгу еще рано читать. Я прочитал ее без позволения.

- Когда дашь?

- Хоть сегодня. Видишь дом? Мы с мамой живем там. Пойдем, я тебе вынесу книгу.

- У тебя мать богатая? - Гриша внимательно оглядел сшитое по росту, из хорошего сукна пальто Вячеслава.