– Нет, нет. Очень вкусно, – вздохнула Саблина. – Просто я… устала, право.

– Вы мало пьете, – заключил Мамут. – Поэтому и кусок в горло не лезет.

– Выпей как положено, Сашенька, – Саблин поднес полный бокал к ее устало-красивым губам.

– Выпейте, выпейте с нами, – возбужденно моргал Румянцев.

– Не манкируйте, Сашенька! – улыбалась порозовевшая Румянцева.

Саблин взял жену левой рукой за шею и медленно, но решительно влил вино ей в рот.

– Ой… Сережа… – выдохнула она.

Все зааплодировали.

– И теперь – капитальнейшей закуски! – командовал Мамут.

– Чего-нибудь оковалочного, с жирком, Александра Владимировна, – подмигивал Лев Ильич.

– Я знаю, что надо! – Саблин вскочил, схватил нож и с размаху вонзил в живот Насте. – Потрошенций! Это самая-пресамая закуска!

Откромсав ножом ком кишок, он подцепил его вилкой и кинул на тарелку жены:

– В потрохе – самая суперфлю, самая витальность! Съешь, радость моя! У тебя сразу все пройдет!

– Правильно! Очень правильно! – тряс вилкой Мамут. – Я куропаток только с потрохами ем.

– Я не знаю… может, лучше белого мяса? – Саблина смотрела на серовато-белые кишки, сочащиеся зеленовато-коричневым соком.

– Съешь немедленно, умоляю! – взял ее за затылок Саблин. – Будешь потом благодарить всех нас!

– Скушайте, Сашенька!

– Александра Владимировна, ешьте непременно! Это приказ свыше!

– Нельзя отлынивать от еды!

Саблин насадил на вилку кусок кишок, поднес ко рту жены.

– Только не надо меня кормить, Сереженька, – усмехнулась она, беря у него вилку и пробуя.

– Ну, как тебе? – смотрел в упор Саблин.

– Вкусно, – жевала она.

– Милая моя жена. – Он взял ее левую руку, поцеловал. – Это не просто вкусно. Это божественно.

– Согласен, – откликнулся отец Андрей. – Есть свою дочь – божественно. Жаль, что у меня нет дочери.

– Не жалей, брат, – отрезал себе кусок бедра Саблин. – У тебя духовных чад предостаточно.