Эдгар представил себе эту страшную и смешную картину — и пересилил свой страх. Он встал на ноги, готовый кинуться к отцу на выручку.

— Эй, Эдгар! — сказал кто-то, прежде чем он успел сделать это. — Что с твоим отцом? Он как будто пьян, а?

Мальчик узнал почтмейстера Пула, остановился и ответил:

— Да, мистер Пул.

— Твой старик сумасшедший, Эдгар, — сказал мистер Пул, — но ведь он не алкоголик. С чего ж это он напивается до бесчувствия каждые полгода?

— Не знаю, мистер Пул, — пробормотал Эдгар, косясь на Оззи Олда.

— Отчего в такие дни он словом ни с кем в городе не обмолвится? — не отставал мистер Пул от босоногого мальчика, который переступал с ноги на ногу, поглядывая на противоположную сторону улицы. — Ни единым словом. Что это с ним, а?

— Не знаю, — ответил Эдгар.

— Почему же ты не отвезешь его домой? — спросил мистер Пул, но мальчик снова оробел и не в силах был сделать и шагу. — Эти бандиты выбьют ему глаз. Ступай!

— Иду, — ответил Эдгар, кипя злобой против мистера Пула. Всегда он стоит и нагло смеется, глядя, как горожане издеваются над Бедным Томом, а теперь вот вздумал еще командовать. Но нужно было действовать, и мальчик, поклявшись про себя жестоко отомстить мистеру Пулу и всему городу, пустился через улицу.

Пат и Оззи заметили Эдгара, когда он обходил мастиковое дерево, собираясь незаметно вскочить на тележку сзади. Тут они закричали:

— А вот и Эдгар! Ну-ка, Эдгар! Что ж ты не заберешь своего папашу, Эдгар?

Они приплясывали на месте, корчили рожи и угрожали Эдгару. Оззи Олду ничего не стоило придать своей уродливой красной физиономии самое зверское выражение, а Пат, бледный, трусливый юнец, чья жизнь проходила в конюшнях и бильярдных, маленький и тщедушный, как жокей, не мог обойтись без красной физиономии, копны рыжих волос и широких плеч приятеля. Оззи не сводил глаз с Эдгара, пряча за спиной руку, и по его усмешке ясно было, что сейчас полетят камни. Когда Оззи замахнулся, Эдгар хотел отскочить, но тут камешки, шурша, ударили его по ногам, и мальчик подпрыгнул.