Наверху, под куполом, Вася и Федя, как по команде, сняли лестницы с крючков.

- Ап! - сказал Федя и лестницы полетели вниз на головы громил.

- Мне не хотелось бы прерывать номер, - сказал Вася.

Он вынул моточек шпагата из-за выреза трико и спустил один конец на арену.

- Привяжите деньги, и я подниму их. Так спокойнее…

Хозяин насмешливо посмотрел на валяющиеся веревочные лестницы и, улыбаясь публике, негромко сказал усатой морде:

- Полные идиоты! Теперь они никуда не денутся.

Он был очень умен и находчив - этот хозяин цирка. Он сделал вид, что ему нравится шутка. Он вынул из кармана деньги, отсчитал нужную сумму и почти весело привязал деньги к шпагату. Он улыбнулся и поклонился публике:

- Вуаля!

А усатой морде тихо сказал:

- За кулисы. Ждать!

Вася поднял деньги наверх, отвязал их и пересчитал:

- Не хватает пятнадцати рублей, - сказал он и спрятал деньги за пазуху.

Цирк зашумел было, но хозяин поднял руку.

- Господа! У нас тоже существует система штрафов.

Чей-то одинокий девичий голос с галерки охнул и сказал на весь притихший цирк:

- Ну то же самое! Что у них, то у нас!

И цирк захохотал.

Верхние ряды и галерка хохотали и аплодировали этой девчонке, а внизу стояла гробовая тишина. Но галерке было на это наплевать. Цирк круглый, и верхние ряды амфитеатра всегда вмещают гораздо больше народа, чем нижние. Не говоря уже о галерке.

- Итак, - сказал Вася, - как объявил господин директор цирка: гранд-пассаж.

Барабанщик в оркестре, наконец, справился с ритмом.

Все сильнее и сильнее раскачивался в ловиторке Федя.

Из всех четырех проходов смотрели наверх артисты программы: в гриме, в халатах, в костюмах с блестками.