Тогда сэр Мордред, видя, что меч в воздухе удерживает лишь тонкая девичья рука, подошел к мечу и попробовал его взять, но не смог этого сделать.

Вслед за ним к мечу подошел сэр Ивейн, но, пройдя два шага, остановился и повернулся, предупрежденный голосом божьим.

Король Артур сказал:

— Сэр Ланселот самый доблестный из рыцарей Круглого СТОЛА, И меч этот принадлежит ему по праву.

Но сэр Ланселот противился и не хотел подойти к мечу, ибо хотя и был он самым отважным и справедливым рыцарем из всех, какие только существовали на свете, однако совершал свои подвиги отнюдь не во славу господню, а во славу королевы Гвиневеры и не мог поступать иначе, хотя и терзался этим.

Однако все рыцари стали просить сэра Ланселота взять меч и быть их предводителем, и сэр Ланселот подошел к мечу и схватил рукоять чуть повыше девичьей руки. Тут меч закачался в воздухе, и сэр Ланселот почувствовал великую силу и мог бы завладеть мечом. Но рука ангела, держащая меч, вдруг напомнила ему руку королевы Гвиневеры, и он испугался, что причинит ей боль. Тогда засомневался сэр Ланселот, позволительно ли добывать силой то, что предназначено богом другому, и отступил от меча.

Увидев, что никто больше не решается взять меч из ангельской руки, услышал сэр Галахад словно голос, зовущий его, и подошел к мечу и бережно принял его, а девичья рука как бы растаяла в воздухе.

А сэр Мерлин, наклонившись к сэру Кэю, сказал:

— Клянусь, я это предвидел, ибо лишь наследник Иисуса и человек, не совращенный страстями земными, мог взять этот меч, а сэр Галахад девственник и потомок господа нашего в восьмом колене.

Сэр Кэй, весьма раздосадованный тем, что господь предпочел сэра Галахада его отцу сэру Ланселоту, который тоже был в конце концов потомком Иисуса, отвечал: