Эди-бэби и Кадик выпили одну бутылку биомицина и принялись за вторую, покуривая, когда Кадик вдруг выпалил:

— Эй, Эди-бэби, я совсем забыл. Завтра у «Победы» будет поэтический конкурс. Почему бы тебе не почитать свои стихи?

— Где у Победы? — спросил Эди-бэби. Он не понял.

— Ну, у «Победы», у кинотеатра. Часть народного гулянья. Можно записаться, выйти и прочесть свои стихи. А потом жюри будет распределять призы, — сказал невозмутимый Кадик и закурил свою «Яву». — Стихи должны быть написаны тобой, и все, что хочешь, то и читай. Лучше, правда, показать им до выступления текст стихов. Можно прочесть два-три стихотворения.

— Откуда ты все это знаешь? — спросил Эди-бэби недоверчиво.

— В газете прочел, — сказал Кадик. — «Социалистычна Харкивщина». У маханши на столе валялась. Пойди, Эди-бэби, покажи козьему племени, как нужно писать стихи. Хочешь, я пойду с тобой?

— Но там же десятки тысяч людей, — сказал Эди-бэби недоуменно.

— Ну и хорошо. Ты же никогда не читал для такой большой кодлы. Оборудование у них сильное, хорошие усилители, сильные «майки», — сказал Кадик с некоторой долей зависти к их «майкам» и усилителям. Все будет слышно. Пойди, девочки увидят. Станешь знаменитым. А, Эди, пойдем?

Кадик верит в Эди-бэби, хотя и не очень любит стихи, но верит, что Эди-бэби талантливый. Кадик хочет, чтобы Эди-бэби стал знаменитым, и все время лезет к Эди с прожектами. Однажды он даже потащил Эди-бэби в местную молодежную газету «Комсомольська Змина», только ничего тогда из этого не вышло, стихи Эди они не напечатали. Газета находится на его, Кадика, любимой улице, на «Сумах» — как коротко говорит Кадик. С Эди-бэби он не употребляет всего своего жаргона, Эди не понимает половину и подсмеивается над Кадиком. Со своими стилягами из центра он говорит на жаргоне. На их языке сказать, например: «Я иду по Сумской» будет: «Хиляю по Сумам». «Есть» — будет «берлять» и т. д.