– Любила меня потому что, да, мое солнышко? – нежно проворковал Ромка.

– Да нет, потому что детей у нее быть не могло, – оборвала его в полете недобрая подруга. – Вот Георгий и решил ухлестнуть за мной, чтобы ты, Мила, от ревности посговорчивее была. А может… может, и мою квартиру прибрать к рукам собирался. Он свой капитал наживал с таких же дур… И ведь скажи, Мила, – ты ж почти согласилась? Согласилась, хотя и знала, что он в моих женихах числится… Отчего ты мне сразу не сказала, Милочка, что это твой Георгий?

– Да когда б я тебе сказала, если я его уже мертвым увидела?! – взорвалась подруга. – Ты же все: «Юра! Юра! Я такая дура!»

– …что в тебя влюбилась! Ах, Юра-Юра… – ни к селу ни к городу заблеял Роман.

– Ромка, ты чего? – с удивлением уставилась на него супруга.

– Это он так нервничает, – пояснила Ася. – И у него есть причины, он же не железный… Так почему не сказала?

– Я же говорю – только хотела с твоим женихом познакомиться, а он убитый! Глядь – а это вовсе и не твой жених, а мой любовник! Ну и как бы сказала? Там такое началось! – вспоминала Милочка. – Да на меня же и повесили бы это убийство! Сразу же! А знаешь, как мне тяжело было! Когда он такой… весь убитый… А как ты узнала?

– Не важно, я сама догадалась… – глубоко вздохнула Ася и резко повернулась: – Ну? Ромка! Рассказывай, как ты его? Как все было?

Ромка к такому вопросу явно не подготовился.

– Т-ты… вообще, что ли?! – задохнулся он и стал медленно продвигаться к двери.

– Стоять… – тихо, но доходчиво прошипел Митька. – Тебе ж велели – рассказывай.

Ромка робко присел на табурет, потом вдруг захихикал и стал вертеть пальцем у виска:

– Ой, ну Аська! Хе-хе! Прямо такая выдумщица… Замуж тебе надо!

– Значит, придется самой, – тяжко вздохнула Ася. – В общем так… Узнал твой супруг, Милочка, что ты ему рога наставляешь, узнал. Он и раньше догадывался, а теперь… Ромка же всегда спокоен был, знал, что ты от него никуда не денешься, потому что из-за детей себя неполноценной чувствуешь. А неполноценная вовсе не ты, а он.